Это я писал год назад,сегодня нашёл и решил показать вам, критику очень даже приемлю!

29 апреля в ДК «Нефтяник» в рамках Весенней  Недели Моды в Уфе при участии дома моды В. Зайцева прошёл ежегодный конкурс «МОДЕЛЬЕР ГОДА 2009».Организатором данного мероприятия выступило модельное агентство «Премьера».

Сначала посетителям данного мероприятия были продемонстрированы коллекции молодых модельеров из разных городов России, таких как г. Уфа, г. Пенза, г.Казань, г.Магнитогорск, г.Сибай…

Хотя это были начинающие модельеры, было на что посмотреть. Довольно удачно показал себя г.Магнитогорск коллекция «ЛИЛИ» была наполнена изящным французским шиком, платья были выполнены в пастельных тонах которые были отделаны нежным кружевом .Наш город тоже показал себя с хорошей стороны  коллекция «Триколор» была основана всего лишь на трёх базовых цветах зелёный-белый-синий, но мастерство работы с трикотажем дало чрезвычайно интересные формы и идеи. Коллекция «Юбилейная» тоже не обошлась без аплодисментов. Изящные простые классические формы стали основой для великолепной отделки моделей, про эту коллекцию можно сказать в трёх словах дорого-просто-стильно.

После  показов молодых непрофессиональных модельеров к нашему вниманию были .коллекции модельеров профессионалов.

Коллекция «Венецианское золото» произвело на всех неизгладимое впечатление. Нам предоставили шанс оказаться на 5 минут на венецианском карнавале, используемые таинственные маски добавили особый колорит происходящему на подиуме. Костюмы были выполнены довольно в резких формах, но это не как не повлияло на качество и ощущение от коллекции, роскошная отделка только добавила интерес зрителям досмотреть всё действие.

Коллекция «Тысяча и одна ночь» была совершено роскошной, шёлковые чёрные летящие платья были отделаны шикарными корсетами ручной работы.

 общем в завершении своей речи я хочу сказать что конкурс удался, были и хорошие работы и не очень, но всё же было интересно посмотреть на творческое видение подрастающих мастеров  моды .

 

Бал сколько интересного и вдохновляющего в этом слове.

В России балы начали устраивать по указу Петра I с 1718 года. Они назывались «ассамблеями» и давались по очереди всеми придворными. На ассамблеях вели деловые беседы, курили трубки, пили вино, играли в шашки и шахматы. Главным же увеселением были танцы. После смерти Петра I в России закончилась эпоха ассамблей и началась эпоха балов. 
Табак и спиртные напитки ушли в прошлое, гостям разносили прохладительные напитки, лимонад и оршад. Вместо шашек и шахмат играли в карты. Мастеровых уже не приглашали, придворный этикет стал более строгим. Извещать о балах стали не барабанным боем, а специальными приглашениями. 

В XIX веке балы были излюбленным развлечением публики. Балы давали все – соразмерно со своими средствами и возможностями. К княгине Зинаиде Юсуповой съезжался весь Петербург, к семейству мещанина собирались только сослуживцы, но и то, и другое называлось балом. Бальный сезон длился с Рождества и до последнего дня Масленицы, в остальное время балы устраивались по особым случаям. Любой бал начинался с приглашения. Адресаты должны были получить их за три недели и составить ответ. 

Незыблем был распорядок бала. Гости начинали съезжаться после шести или девяти вечера, некоторые приезжали к десяти или к полуночи. После приезда гостей, которых обязан был встречать хозяин, бал открывался торжественным полонезом. В нем принимали участие все приглашенные, даже если потом они весь вечер и всю ночь просиживали за карточными столами. Далее чередовались вальсы, польки, кадрили, мазурки. Во второй половине ХIX века полонез иногда исполняли в конце бала, в этом случае танцы начинались с вальса. В середине вечера был ужин, на который каждый кавалер провожал даму. 

Если мужчина приезжал на бал в одиночестве, хозяйка могла попросить его проводить к столу даму, приехавшую с четой родственников и поэтому не сопровождавшуюся кавалером. Когда пара садилась за стол, они снимали перчатки и покрывали колени салфеткой. Перед тем как встать из-за стола, перчатки надевались вновь. Далее танцы возобновлялись. 

На балах существовал определенный танцевальный порядок, и все знали, что за так называемыми мелкими танцами пойдет первая кадриль, затем, следуя распорядку, вторая, третья. После четвертой кадрили и мелких танцев, как правило, шла мазурка. Она, как и кадриль, у всех дам была расписана заранее. Среди всех танцев мазурка и котильон являлись наиболее «важными» приглашениями на балу – по той причине, что после мазурки кавалер вел даму на ужин. 

За столом можно было поговорить, пофлиртовать и даже признаться в любви. Ужинали все в боковых гостиных, за небольшими столиками. Кроме того, на балах всегда был открыт буфет с разными яствами, шампанским и прочими горячительными и прохладительными напитками. Вечер обычно заканчивался многочасовым котильоном, в конце ХIX века иногда заменявшимся странным танцем под названием «кадриль-монстр».

Императрица Элизабет в тиаре. Портрет Франца Русса. 1863. Шонбурн.

    Элизабет в вечернем платье и драгоценностях королевы Марии-Антуанетты. Портер Георга Раба. 1878/79.

 

 

 

 

Д.Г. Левицкий. Портрет воспитанницы императорского Воспитательного общества благородных девиц Е.И. Молчановой

 

 

Елизавета Петровна

Запахи Рождества

Фрагмент воспоминаний парфюмера Дома Шанель Константина Михайловича Веригина:

Мне и теперь кажется, что декабрь является тем месяцем года, когда добрые феи сходят на землю и вмешиваются в жизнь людей. В детстве же праздник Рождества и волшебная елка подтверждали нам правду сказок, чудес, преображения мира — всего того богатства, понятного детям и святым, без которого жизнь людей была бы серой пустыней.Из года в год с одинаковой яркостью переживали мы радость Рождества и сознание того, что в эти дни праздника, а может быть, и во весь этот месяц границы между взрослыми и малыми ребятами стираются, что они начинают понимать друг друга, радоваться общими радостями, ожидать общего счастья. Вокруг елки с такой ясностью ощущается это взаимное понимание, любовь и мир, эта тихая радость в сердцах, о которой поют Ангелы в Рождественскую ночь: «Слава в Вышних Богу и на земле мир...»У нас в семье елку обдумывал, подготовлял и устраивал отец....И пахло так необыкновенно хорошо! Казалось, что в этой комнате вокруг темно-зеленой, разукрашенной елки сосредоточились все самые любимые нами ароматы и запахи, так как рождественская елка является одним из самых полных, законченных и удивительных ароматов, найденных человеком. Уже дерево само по себе полно живительного и исцеляющего запаха. А тут еще его переносят в сухую и теплую комнату и согревают свечами. Одна только елка из всех наших европейских деревьев может дать столь легко и быстро такую благоуханность. И душистость елки успешно способствует развитию всех других ароматов, соприкасающихся с ней. Особенно крепко пахнут мандарины, апельсины и крымские яблочки, создавая троичность одеколонного характера, душистую и свежую, так ярко дополняющую озонирующую бальзамичность самой елки.К этим природным благоуханиям примешиваются вкусовые запахи грецких орехов, изюма, медовых пряников и пряников мятных, фруктовой пастилы и мармелада, конфет, шоколада и леденцов... Запахи яркие, знакомые, напоминающие а солнце и деревне и сливающиеся в легкий медовый аккорд летней поры. Запах горящих или только что потушенных свечей усиливал это впечатление, подчеркивал его и выявлял, подобно могучему действию альдегидов в хороших духах. И ко всему этому примешивался зала елочных картонных игрушек, клея и красок; он казался несколько звериным, тяжелым, амбровым. Но и этот амбровый дух говорил о жарком летнем дне в деревне, об изобили плодов, о смоле, сочащейся по стволу и замирающей прозрачными каплями, об истоме самого воздуха, то неподвижного и застывшего, то разливающегося душистыми волнами.Лопались пороховые ленточки хлопушках, разливался яркий и терпкий запах пороха, и становилось еще веселее. Женственный аромат елки на мгновение покрывался началом мужским — почти что мускусным. От этого смешения диапазон елочной благоуханности еще более расширялся, обострялся и поднимался, а с ним вместе с ним поднималось и общее настроение. Но еще веселее, еще радостнее становилось, когда вокруг елки зажигали фейерверочные палочки и они превращали все дерево в яркую, сияющую и дробящую свет звезду. Казалось, что звук, цвет, вкус, аромат — все достигало сказочного совершенства. Хотелось остановить время, не упускать его, и точно, время останавливалось, так как эти минуты не стерлись из нашей памяти, мы сумели пронести их с собой через всю нашу жизнь.

Прошли годы. Я посвятил себя парфюмерии, и вот тут-то, изучая шипровые ноты духов, был и удивлен и обрадован, открыв в них почти полностью всю ароматическую гамму рождественской елки.Закроешь глаза и, как в детстве на елке, чувствуешь запах леса летней порой, душистость елей и сосен, бальзам стекающей смолы, крепкий аромат дуба, прель мха и грибов под вянущими листьями, влажную пряность трав и земли, яркое дыхание земляники; видится тропка, по которой только что пробежал дикий зверь, оставляя за собой мускусный ветерок; мерещится душистая опушка леса, утопающая в ковре полевых цветов. И все это кажется новым, хотя и известным с раннего детства, все радует и живет, и всему этому мы причастны всем нашим бытием, нашей связью с землей, растениями и животным миром.

Текст опубликован в журнале «Родина», № 6, 1997

Анастасия Погудина (ANASTASIYA ANNECY)

«Историю делают те, кто нарушает правила»

Если честно я привык говорить правду. Постоянно обсуждая о своём городе с друзьями, о развитии его в таких областях как дизайн и мода, мы приходим к расстраивающему для меня результату, так как качественных работ во всех областях сферы красоты практически нет.

На 1032051 человек в Уфе приходиться 86 ателье и 7 модельных агентств, огромное количество торговых комплексов, магазинов и т.д. Но ателье все практически существуют на так называемом ремонте одежды, а модельные агентства на школах моделей, выпускающие толпы моделей…в жизнь.
Но, все-таки не всё так плачевно, в одной из таких школ я узнал о талантливом модельере и потрясающей женщине Анастасии Погудиной (ANASTASIYA ANNECY).
Её коллекции отличает тщательная проработка деталей, ткани, которые навеивают ассоциации с песками востока и луговыми цветами...
Также я нахожу сходство с моим любимым японским дизайнером Йоджи Ямамото, а также с молодым Александром Вангом.
Определить стилистически мне достаточно трудно оригинальный дизайн коллекций. Но все-таки я считаю, что это стиль женщин 21 века, которые уже стали независимы и знают все секреты женского обольщения. Анастасия Погудина действительно профессионал своего дела. Её коллекции постоянно участвуют в конкурсах, на которых они получают только первые места. Специальный приз на фестивале «Поволжские сезоны Александра Васильева» в Самаре, первое место в категории «Профи» на Ассамблее моды в Москве, специальный приз на «Eurasian Fashion Week» в Екатеринбурге и т.д.
В отличие от многих модельеров Уфы коллекции Анастасии соответствуют мировым стандартам моды, на мой взгляд, эти вещи могли спокойно участвовать во всех неделях
Моды, начиная с Парижа заканчивая Токио. И это не предел…

  

В школе мы чувствовали себя не вероятно крутыми, выпросив у мамы ремень с заклёпками. 

Теперь - дело другое! 

Разбить электрогитару на сцене сможет каждый-делов-то! 

А вот подобрать для своего гардероба акссесуары как настоящая рок-звезда и согласно законам сезона - задача сложнее…

Gustavo Lins.

МОДА ЭТО ТА ЖЕ  АРХИТЕКТУРА

Каждая художественная деятельность богата талантами, отклонявшимися от её норм и стандартов. Недавно читая, один из блогов я наткнулся на уникальную творческую личность Густаво Линса, и решил кратко рассказать вам о нём. Бразильский архитектор Густаво Линс, а теперь и модельер придает строгий принцип построения деталей в своих изделиях из ткани, из которого получается одежда истинно высокого класса. Густаво Линс говорит: «Я действительно получаю чувство выражения духа архитектуры через одежду».

Родившийся в Белу-Оризонти в 1961, Густаво Линс первоначально в Minais Gerais и Барселоне он изучал архитектуру. Но одна из его педагогов заметила, что его страсть была скорее направлена в другое русло и сказала ему «продумать, с какими материалами он будет, скорее всего, работать со стаканами и сталью или полотном и шелком. Он переехал в Париж в начале 1990-ых, чтобы закончить своё обучение. Тем временем он изучал мир моды, совместно с другими двумя великими чудаками Парижской моды, Джоном Гальяно и Жаном Полем Готье. Он был очарован большинством, «структурой имеющей форму одежды, обернутой вокруг тел». Его подход к проектированию одежды является строго архитектурным, происхождение двумерных эскизов к объему.

 Он любит асимметричные детали, такие как открытое плечо или отвороты, бегущие по диагонали друг в друга. Стилистически, его работы находятся под влиянием Японии и Восточной Азии, особенно много элементов с кимоно. Кстати первая его коллекция как раз и была выполнена из старых японских кимоно, этот нестандартный подход сразу же был отмечен критиками моды в Париже.

Ему нравиться работать с необычными и исключительными материалами, такими как переработанная кожа. Он даже думал об использовании фарфора для аппликации.